Если бы всё было так просто
– освободил человека от орфографии, дал ему
свободно парить в свободном проявлении личности
(не путать с индивидуальностью, ибо она есть не у
всех)... Это было бы похоже на счастливую историю,
где в финале герои женятся. Увы. В человеческой
натуре есть нечто неизъяснимо рабское. Это что-то
– чувство коллективизма.
Чувство коллективизма
реализуется двояко:
1) в поиске авторитетов и
болезненном, надсадном подражании им;
2) в стремлении заставить
окружающих делать так, как ты.
Вот дана ситуация: каждый
пишет, как он слышит, и как он дышит. Уточняем,
каждый обязан писать так, как он слышит, даже если
не хочет. Даже если не слышит. Обязан. Ясное дело,
что люди самодостаточные (если такие есть) не
нуждаются ни в каких предписаниях, чтобы
следовать собственному спонтанному ощущению
орфографии. Стало быть, при наличии канона есть
выбор – подчиняться ему или нет. Отмена канона
предполагает отсутствие выбора.
И что дальше? Человек без
маргинальных наклонностей немедленно
обзаведётся личным образцом для подражания. Он с
большим трудом протопчет себе орфографически
выверенную тропинку, по которой станет ходить.
Справившись с этим, вдруг заметит, что есть люди,
которые пишут так, как он, а есть – инакопишущие.
Чуждая манера писать слово "заец" будет
одновременно казаться уморительно смешной и
крайне подозрительной. Наконец, получится так,
что люди разделятся на орфографические группы,
т.е. орфография перестанет быть личной и станет
клановой, затем социальной, затем кастовой.
Маргинальная орфография станет неосознанным
препятствием к карьере. К делу подключится НЛП, а
само слово "орфография" будет обозначать
науку, сходную с графологией. Появятся платные
орфографические тренинги. Социальная орфография
станет одним из главных орудий политической
рекламы (ведь понятно, что электорат станет
ориентироваться не на программу, а именно на
орфографию лозунгов).
Литература, ясное дело,
исчезнет. Вместе с массовым читателем. Уже и
теперь гуманитарные вузы обучают человека не
чему иному как специфическому языку, принятому в
узкой среде жрецов науки и искусства. А что же
произойдёт, когда ещё и орфография превратится в
тавро, которое учитель ставит на своего ученика?
Где-то в эмпиреях, не видимых от сохи, станут
разворачиваться звёздные войны, т.е. войны разных
литературных школ. Поддерживаемая СМИ ( а СМИ
будут действовать в соответствии с разработками
НЛП), победит т.н. народная школа, которая
поставит перед собой задачу имитировать
народную орфографию. Но поскольку представление
о народе будет чересчур обобщённым и, как это
всегда бывает, идеальным, все попытки в этом роде
обречены на неудачу. Натуральная школа застрянет
на газетных полосах десятком гулко-звонких имён
и канет в небытие.
А народ станет читать тех,
кто (в силу истероидных либо эпилептоидных черт
характера) обладает орфографией гения или
сильной личности. Причём читать он их станет в
рукописях, потому что ни один журнал и ни одно
издательство не опубликует подобные бред и
крамолу. Потому что прорваться к читателю сквозь
кордон "знатоков" будет совершенно
нереально.
Всего доброго,
Женя Чуприна (фЕМЪ)
ДИСКУССИЯ по проекту
языковой реформы
и ётах-Ринет"
